Статьи и аналитика

Что ждет российскую экономику в 2020 - 2021 - жесткий сценарий

Что будет с Российской экономикой и рублем в 2020-2021?

Несколько дней назад ЦМАКП опубликовал исследование о влиянии карантинных мер на экономику России.

«Прямой мгновенный эффект от годового «карантина» оценивается почти в 20% ВВП или почти 18 трлн. руб. в ценах 2018 г. Напрямую затронутыми (потенциально невостребованными) оказываются не менее 15 млн. работников. Снижение налогов оценивается в 4 трлн. руб. Очевидно, что это социально неприемлемо и означает, что необходимо – помимо уже принятых мер поддержки – найти способы максимально быстрого восстановления экономической активности – с одновременным обеспечением режима максимального сдерживания распространения вируса.»

Безработица в США в марте взлетела с 3.5 до 4.4% (ожидалось 3.8%). Это самый резкий рост за всю историю наблюдений. В 2008/09гг на пике кризиса безработица увеличивалась на полпроцента в месяц. Одномоментный скачок безработицы – яркое свидетельство силы наблюдавшегося в марте шока, который, очевидно продлится ещё минимум месяц.

image
В марте индекс Russia PMI services рухнул с 52.0 до 37.1; композитный индекс, характеризующий совокупный выпуск в промышленности и услугах, обвалился с 50.9 до 39.5. Оба индекса опустились до минимальных отметок с 2009 года.Добыча газа в России в марте (59.41 млрд. кубов) рухнула на 12.3% г/г (в феврале: -2.4% г/г), это наихудший показатель с октября 2014 года (тогда: -15.3% г/г). По итогам квартала добыто 185.3 млрд. кубов, что на 6% меньше аналогичного показателя прошлого года.По данным РЖД, погрузка на железной дороге в марте снизилась на 5.5% гг, сокращение грузооборота составило 7.3% гг. По итогам первого квартала падение погрузки составило 3.8% гг, грузооборота – 4.7% гг.
Наиболее сильный провал погрузки наблюдался в январе-марте по углю (-10.2% гг), черным металлам (-7% гг), нефти и нефтепродуктам (-3.2% гг), промышленному сырью (-12.6% гг), зерну (-6%), лесу (-5.3% гг).

Отскок акций в третьей декаде марта носил технический характер и не имеет шансов на продолжение. Рынок (S&P500) стоит выше своих средне-исторических значений (по мультипликатору Shiller PE Ratio) и фактически предполагает сценарий V-образного восстановления.

По итогам марта мы имеем точно такую же картину, как и в предыдущем месяце – коронавирус пока нанес более серьёзный удар по сфере услуг, нежели по промышленному сектору (у него всё впереди).

Столь глубокое падение последний раз наблюдалось во время кризиса 2008/09 гг. Минимумы ещё не достигнуты, и, по-видимому, мы их увидим в апреле.

Далее цитата канала MMI: «Эпидемия пока только нарастает, и в ближайшие месяцы мы будем видеть, скорее, усиление карантинных мер, что ведет к ещё более существенному ухудшению корпоративных финансов. За время вынужденного простоя компании и домохозяйства проедят значительный резерв запасов, многие окажутся в глубоких долгах и значительное число окажутся банкротами, а кто-то и навсегда уйдёт с рынка. У банков резко подскочит просрочка. Поэтому даже в тот момент, когда карантинные меры начнут ослабевать, быстрого восстановления потребительского и инвестиционного спроса не произойдет. Склонность к потреблению и аппетит к инвестициям будет оставаться на пониженном уровне длительное время. Спрос будет возвращаться на прежний уровень, в лучшем случае, 1-3 года.

Консолидированные госбюджеты обеспечивают в среднем 20-30% внутреннего спроса по разным странам (в РФ – около трети). Поэтому какие бы масштабные программы господдержки не были бы сейчас реализованы (в России они невозможны как раз из-за высокой доли госсектора – нельзя резко нарастить то, что и так занимает огромную долю), это может лишь сгладить провал по спросу, но нигде не компенсирует его.

Заливание рынков ликвидностью со стороны ЦБ – это всего лишь механизм предотвращения кредитного паралича (как было в 2008г), позволяющий сохранить кредитную систему в рабочем состоянии и обеспечить хорошим заемщикам (их сейчас станет намного меньше) возможности рефинансирования долга. Но дополнительный спрос в экономике все эти безлимитные QE не создадут.

Прогноз на второй квартал 2020 года неутешительный.»

В «жестком» сценарии, вероятность которого сейчас более 50% : (на основе анализа ЦМАКП):

В мировой экономике проблемы с карантинами, шоки поставок и нарастание нестабильности на финансовых рынках (ожидается рост margin calls из-за ухудшения качества залогов при кредитовании) приводят к возникновению полномасштабного, примерно двухгодичного, циклического кризиса.

Сочетание «ценовой войны» КСА, России и США и падающего спроса ведёт к тому, что только в 2021 г. цены на нефть Urals входят в диапазон 42-45 долл. за баррель, и к 2024 г. – на уровень 53-57 долл. за баррель.

Для России «ценовая война» на рынке нефти плюс общее сжатие спроса ведет к потерям позиций на рынке углеводородов.

В течение трех лет (2020-2022 гг.) экспорт нефти и нефтепродуктов оказывается ниже 400 млн. т (минимум – 2020 г., 375-380 млн. т; для сравнения, 2018 г.: 411 млн. т), и лишь к концу прогнозного периода выходит на предкризисный уровень, 402-405 долл. за баррель.

Экспорт природного газа, вслед за мировым спросом проседает (2020 г.: 198-200 млрд. м3; ср.: 2018 г. – 221 млрд. м3), но уже в 2021 г. устойчиво превышает уровень в 200 млрд. м3 и к 2024 г. выходит на докризисный уровень (217-220 млрд. м3).

Экспорт машиностроительной продукции, вслед за мировым рынком, заметно сокращается в 2020-2021 гг. (на минимуме, в 2021 г.: 25-27 млрд. долл.), и только к 2024 г. выходит на докризисный уровень, 27-30 млрд. долл.

Потери экспорта транспортных услуг в 2020 г. составят 6-10 млрд. долл., в 2021 г. – 1-2 млрд. долл. Потери экспорта услуг туризма составят, соответственно, 60-62% в 2020 г., 9-12% в 2021 г., и 1% в 2022 г.

В городах-миллионниках (с суммарной численностью населения в 33.4 млн. чел.) вводятся дополнительные карантинные мероприятия по коронавирусу, с потерей 15-17% производительности труда в соответствующих городах в течение 2 месяцев.

Банк России проводит умеренно-жесткую денежно-кредитную политику. Национальные проекты частично реализуются, с существенным сокращением инвестиционной компоненты. Приоритеты политики: 1) стабилизация экономики, 2) борьба с бедностью, 3) поддержание проектов развития. В этой ситуации, можно ожидать следующих результатов социально-экономического развития по «жесткому сценарию».

Рецессия продлится около двух лет. В 2020 г. спад ВВП может составить 3-3.3% (из них дополнительные потери от карантинных мероприятий: 0.8-0.9 проц. пункта ВВП), в 2021 г.: 0.8-1%. Еще один год пройдёт под знаком «околостагнации» (2022 г.: +0.3-0.6% ВВП), и только в 2023-2024 гг. возможно постепенное ускорение экономики (соответственно, 1.5-1.8% и 1.8-2.2%).

Инвестиции в основной капитал будут сокращаться еще более быстрыми темпами. В текущем году они уменьшатся на 7.5-8%, в следующем – ещё на 2-2.5%. В 2022 г. инвестиции почти не вырастут (+1.2-1.6%), и только к 2024 г. начнут заметно ускоряться (+4.3-4.7%) В условиях жесткого дефицита финансовых ресурсов компаний и государства, с одной стороны, и ограничений на увольнение занятых, с другой, можно ожидать экономии на заработной плате.

В 2020 г. снижение реальной заработной платы может составить 3-3.2%, в 2021 г. – 0.5-0.8%. В 2022 г. заработная плата будет, вместе со всей экономикой, стагнировать (+0.8-1%), после чего начнётся её постепенный рост (2024 г: +1.7-2%). С учётом ажиотажного спроса в первом квартале нынешнего года, можно ожидать, что спад товарооборота в 2020 г. составит 2.5-3%, в 2021 г. (эффект коллапса потребительского кредитования) 1.7-2%. В дальнейшем, по мере роста доходов и, одновременно, оживления кредитования (что разблокирует, в итоге, «отложенный спрос»), можно ожидать и ускорения динамики продаж потребительских товаров, вплоть до +2.7-3% в 2024 г.

Обменный курс рубля является важнейшим антиинфляционным якорем. После прохождения практически неизбежной волны девальвации (пик - в 2021 г., 85-90 руб. за долл. в среднем за год), рубль начинает довольно быстро укрепляться, вплоть до 78-82 руб. за долл. в 2024 г.

Глава JP Morgan Джейми Даймон настроен еще более пессимистично. 
 «В самом лучшем случае мы рассчитываем на глубокую рецессию в сочетании с финансовым сжатием, похожим на кризис 2008 года.»

Поведение индекса Московской биржи MOEX - IMOEX в 2008 году и график восстановления.(W фигура) 

image






В статье использованы материалы ЦМАКП, телеграм канала MMI и thebell.io